Судья: Тураева Н.Р. № 33-879/2026 (33-10943/2025, 2-552/2025)
Докладчик: Сучкова И.А. УИД 42RS0012-01-2025-000869-24
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Кемерово 29 января 2026 года
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе
председательствующего: Першиной И.В.
судей: Сучковой И.А., Чурсиной Л.Ю.
при секретаре: Клюевой В.А.
с участием прокурора: Мотуз П.А.
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи И.А. Сучковой гражданское дело по апелляционной жалобе М,С.М. на решение Мариинского городского суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ
по иску К.А.Н. к М,С.М., Большеантибесскому территориальному управлению администрации Мариинского муниципального округа, администрации Мариинского муниципального округа о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, морального вреда,
установила:
К.А.Н. обратилась в суд с иском к М,С.М., Большеантибесскому территориальному управлению администрации Мариинского муниципального округа, администрации Мариинского муниципального округа о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, морального вреда.
Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, произошло столкновения автомобиля <данные изъяты> под управлением К.А.Н., государственный регистрационный знак № с домашним животным - коровой, находящейся на проезжей части без пастуха, на полосе движения истца, в результате чего автомобиль К.А.Н. потерял управление, изменил траекторию движения, выехал на встречную полосу движения и допустил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, без регистрационного знака с прицепом №, с государственным регистрационным знаком №, под управлением К.Д.В, Предотвратить дорожно-транспортное происшествие истец не имела технической возможности, поскольку не могла предположить нахождение коровы на проезжей части. Причиной дорожно-транспортного происшествия явился выход домашнего животного - коровы на автомобильную дорогу без пастуха в темное время суток.
В соответствии с объяснениями жителей <данные изъяты> погибшая корова принадлежит М,С.М., который отрицает принадлежность данной коровы к своему имуществу.
Опознавательные бирки у коровы отсутствовали, установить личность собственника животного истцу удалось только из объяснений жителей <данные изъяты>.
В результате дорожно-транспортного происшествия истцу причинен материальный и моральный вред. К.А.Н. длительное время находилась на лечении, ей причинен вред здоровью средней тяжести, автомобиль не подлежит восстановлению. Поскольку ДТП произошло по вине домашнего животного, событие не является страховым случаем, получить возмещение по ОСАГО не представляется возможность.
Стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля истца, на основании экспертного заключения № АОЗ-24 от ДД.ММ.ГГГГ составляет 795 201 руб. Расходы на проведение экспертизы составили 9 000 руб. Согласно платёжному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ за проведение оценки ущерба автомобиля истцом оплачено 9 000 руб. Данные расходы являются судебными издержками, связанными с подготовкой защиты нарушенного права в суде.
На лечение истцом было потрачено 10 050 рублей (приобретение лекарственного средства - «артогистан» № на 2 450 руб., обследование - проведение магнитно-резонансной томографии на 5 100 руб., платный прием у врача травматолога – 2 500 руб.).
Вследствие причинения телесных повреждений К.А.Н. испытывала <данные изъяты>
Просила суд взыскать солидарно с М,С.М., Большеантибесского территориального управления администрации Мариинского муниципального округа, администрации Мариинского муниципального округа стоимость восстановительного ремонта в размере 811 751 руб., услуги оценщика в размере 9 000 руб., расходы на лечение в размере 10 050 руб., моральный вред, причиненный повреждением здоровья – 1 000 000 руб.
ДД.ММ.ГГГГ определением Мариинского городского суда Кемеровской области к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, был привлечен К.Д.В,
ДД.ММ.ГГГГ определением Мариинского городского суда Кемеровской области к участию в деле в качестве третьего лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, было привлечено АО «Зетта Страхование».
В судебном заседании истец К.А.Н., представитель истца К.А.Н. – Т.Ю.Г. исковые требования поддержали в полном объеме.
В судебном заседании представители ответчика Большеантибесского территориального управления администрации Мариинского муниципального округа В.К.В. и ответчика администрации Мариинского муниципального округа А.Н.Ю. исковые требования не признали.
В судебное заседание ответчик М,С.М., представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Зетта Страхование» не явились,
Решением Мариинского городского суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ постановлено: исковые требования К.А.Н. к М,С.М., Большеантибесскому территориальному управлению администрации Мариинского муниципального округа, администрации Мариинского муниципального округа о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, морального вреда - удовлетворить частично.
Взыскать с М,С.М., в пользу К.А.Н., в счет возмещения имущественного вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 814 251 руб., в счет возмещения морального вреда в размере 80 000 руб., а всего 894 251 руб.
Взыскать с М,С.М., государственную пошлину в размере 3 000 руб. в доход бюджета Мариинского муниципального округа Кемеровской области-Кузбасса.
В удовлетворении исковых требований К.А.Н. к Большеантибесскому территориальному управлению администрации ФИО5 муниципального округа, администрации Мариинского муниципального округа о взыскании имущественного вреда и морального вреда - отказать за необоснованностью.
В апелляционной жалобе М,С.М. просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Указывает, что в решении отсутствуют доказательства принадлежности коровы, ставшей причины ДТП ответчику М,С.М. На сбитой К.А.Н. корове отсутствовали какие – либо опознавательные бирки, а также отсутствовали клеймо или иные средства маркировки.
Указывает, что показания свидетелей, которые были положены в основу решения суда являются противоречивыми, некоторые свидетели были в сговоре и давали одинаковые показания, также судом не учтено, что со свидетелями М,С.М. находится в конфликтных отношениях на протяжении нескольких лет.
Также указывает, что показания свидетелей о том, что в хозяйстве М,С.М. имеется 6 или 7 голов коров, опровергается сведениями, содержащимися в выписке из похозяйственной книги на ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой у М,С.М. имеется 3 коровы.
Указывает, что судом проигнорированы данные справки из Управлении ветеринарии Кузбасса от ДД.ММ.ГГГГ, что на ДД.ММ.ГГГГ у М,С.М. в хозяйстве было 3 коровы черно – белой масти.
Объяснения, которые были даны ст. лейтенанту полиции спустя 2 месяца после произошедшего ДТП подтверждают, что она момент ДТП в его хозяйстве было 4 коровы, а на момент дачи объяснений было 3 коровы, в этот период 1 корова была продана.
Какие – либо фотографии сбитой коровы, в результате ДТП в материалах дела отсутствуют.
Кроме того, указывает, что заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которое положено в основу решения суда является незаконным, поскольку эксперт, вынося данное заключение не предупреждался об уголовной ответственности, в заключение не приведен источник формулы расчета остановочного автомобиля, а также времени реакции водителя, запаздывания срабатывания тормозного привода, нарастания замедления, замедления при экстренном торможении.
Также в решении ничего не указано про тормозной путь, и пыталась ли истец предотвратить ДТП путем торможения транспортного средства.
Считает, что при сопоставлении величины остановочного пути с величиной его удаления от места столкновения в момент возникновения опасной ситуации, водитель КИА РИО в данной дорожной ситуации располагал технической возможностью предотвратить столкновение с коровой с момента наступления зоны видимости животных, пасущихся у проезжей части, а также с момента выхода коровы на обочину.
Считает, что вывод суда о вине М,С.М., основан не на достоверных доказательствах, а на предположениях, домыслах и противоречивых показаниях свидетелей, что недопустимо в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Относительно доводов апелляционной жалобы К.А.Н., представителем К.А.Н. – Т.Ю.Г., Главой Мариинского муниципального округа – К.А.А., прокурором, участвующим в деле поданы письменные возражения.
Представители ответчика К.И.С., Б.Ж.В. в заседании суда апелляционной инстанции на доводах жалобы настаивали. Просили решение суда отменить, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.
К.А.Н., представитель истца Т.Ю.Г. в заседании суда апелляционной инстанции полагали решение суда законным и обоснованным.
В заседание судебной коллегии лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Кемеровского областного суда, не явились, своих представителей не направили, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили, ввиду чего, руководствуясь ч.3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Изучив материалы гражданского дела, заслушав явившихся лиц и мнение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность решения суда, исходя из доводов, изложенных в жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
В силу статьи 137 данного кодекса к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.
Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно правилу, установленному пунктом 2 названной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, его размер, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу приведенных выше норм права общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.
При этом бремя доказывания того, что убытки причинены действиями (бездействием) конкретного лица - ответчика, а также что имеется причинно-следственная связь между действиями (бездействием) этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями, возложена на истца, а доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.
Судом первой инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ водитель К.А.В. и собственник ТС марки <данные изъяты>, госномер № совершила наезд на животное (корову).
Из объяснений К.А.В., данных в рамках административного производства по факту ДТП от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.17) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> она управляла автомобилем <данные изъяты>, госномер №, двигалась по автодороге <данные изъяты>. В это время на данном участке дороги на проезжую часть с правой стороны вышла корова, в результате чего произошло столкновение, автомобиль выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем <данные изъяты>, госномер №
Как усматривается из объяснения А.И.Г., данных в рамках административного расследования по данному ДТП (том 1 л.д.74) по соседству с ней проживает М,С.М., у которого в хозяйстве имеется предположительно 6 коров, 2 из которых рыжей масти, выгул коров осуществляется без присмотра. <данные изъяты>, в овраге находилась туша коровы рыжей масти, похожая на корову, принадлежащую М,С.М.
Как усматривается из объяснения В.А.В. (том 1 л.д.75) по соседству с ней проживает М,С.М., у которого в хозяйстве имеется предположительно 6 коров, 2 из которых рыжей масти, выгул коров осуществляется без присмотра. <данные изъяты>, в овраге лежала туша коровы рыжей масти, похожая на корову, принадлежащую М,С.М.
Как усматривается из объяснения П.Е.В, (том 1 л.д.76) работает заведующей ветеринарным пунктом. ДД.ММ.ГГГГ начальник станции попросил ее присутствовать на трассе, где лежит мертвая корова. Были проведены все полагающиеся мероприятия. Никаких клеймений и бирок на корове не обнаружено. Хозяина коровы установить не представилось возможным, в связи с чем, было решено утилизировать тушу коровы.
Как усматривается из объяснений К.Д.В, от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.77) ДД.ММ.ГГГГ примерно в <данные изъяты> на автомобиле <данные изъяты>, госномер № с прицепом двигался по автодороге <данные изъяты>. Двигался со скоростью 45 км./ч. в сторону <адрес>. Увидел, как дорогу перебегают коровы и как на его полосу движения со встречной полосы «выскочил» автомобиль <данные изъяты> госномер №. К.Д.В, не успел среагировать, произошло столкновение. Оба автомобиля съехали в кювет. К.Д.В, вытащил девушку из автомобиля <данные изъяты>, оказал ей первую медицинскую помощь, вызвал скорую помощь.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.79-80) у К.А.В. обнаружены следующие повреждения: <данные изъяты>
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.81-83) по первому вопросу: <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ инспектор ДПС отделения ДПС Госавтоинспекции Отдела МВД России «Мариинский» З.А.А., рассмотрев дело об административном правонарушении № в отношении К.А.В., вынес постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ.
Экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ установлена стоимость восстановления поврежденного транспортного средства марки <данные изъяты>, госномер № (том 1 л.д.16-63) итоговая величина затрат на восстановительный ремонт объекта транспортного средства автомобиля <данные изъяты>, госномер №, составляет 795201 рубль.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 15, 137, 210, 1064, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что вред причинен по вине ответчика, допустившего безнадзорное нахождение принадлежащего ему крупного скота на проезжей части дороги в темное время суток, у водителя К.А.Н. не имелось реальной возможности своевременно обнаружить животное на проезжей части дороги и применить экстренное торможение во избежание столкновения, при этом судом не установлено обстоятельств свидетельствующих о наличии в действиях истца признаков грубой неосторожности, определив размер причиненного ущерба, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения исковых требований, в связи с чем взыскал с ответчика в пользу истца ущерб в размере стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 795 201 рубль, расходы на лечение в размере 10 050 руб., компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 80 000 рублей.
Судебная коллегия находит выводы суда правильными, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.
Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения вреда в соответствии с приведенной нормой права связывается с необходимостью представления истцом доказательств причинения вреда, а также с наличием причинно-следственной связи между действиями привлекаемых к ответу лиц и наступившим вредом, ответчики предоставляют доказательства отсутствия вины.
Суд первой инстанции исполнил свою обязанность, предусмотренную действующим законодательством, по выяснению действительных обстоятельств дела, а именно по установлению факта причинения вреда имуществу истца действиями привлекаемого к ответу М,С.М.
Так в судебном заседании свидетель А.М.Г. пояснила, что работает главным специалистом Большеантибесского территориального управления. О ДТП с участием коровы узнала от К.Д.В, на следующий день. С его слов корова вышла на дорогу, произошло столкновение легкового автомобиля и коровы. В результате этого столкновения пострадала девушка - водитель легкового автомобиля. Изначально она не знала, кому принадлежит корова, но потом, сопоставив факты (масть коровы, которая была у М,С.М. и которая пострадала в результате ДТП, тот факт, что до ДТП М,С.М. выводит в стадо 7 коров, в том числе рыжую корову, после ДТП в стадо стал выводить 6 коров, рыжую корову М,С.М. в стадо более не выводил), решила, что корова принадлежит М,С.М. До ДТП коровы, принадлежащие М,С.М., часто в вечернее время ходили одни, без присмотра, по улицам села. Поскольку жалоб со стороны жителей села на то, что коровы, принадлежащие М,С.М., в вечернее время ходят по селу без присмотра, не было, в отношении М,С.М. протокол не составлялся, к административной ответственности он не привлекался.
В судебном заседании свидетель М.О.Н. пояснил, что занимает должность заведующего участка Мариинской ветстанции. В его обязанности входит проведение прививок животным, забор материала для проведения анализа. От руководителя Мариинской ветстанции ему стало известно о том, что в районе с<данные изъяты> произошло ДТП с участием коровы, установить, кому принадлежит корова, не удалось, туша коровы после ДТП осталась лежать на обочине дороги, нужно было ее оттуда убрать. Он и сотрудница ветстанции выехали на место ДТП, установили, что корове причинены травмы не совместимые с жизнью, корову утилизировали. Дважды в год он ставит прививки коровам, в прошлом году у М,С.М. было семь коров, сейчас, как ему кажется, четыре. Сказать, кому принадлежит корова, пострадавшая в ДТП, не может, корова была не маркирована. После ДТП приезжал к М,С.М. с целью выяснения ему ли принадлежит сбитая корова, будет ли он ее забирать, М,С.М. дома не было. М.О.Н. искать М,С.М. не стал, утилизировал корову. М,С.М. ему претензии в связи с утилизацией коровы не предъявлял.
В судебном заседании свидетель П,А.А. пояснила, что работает ветеринарным санитаром Мариинской ветеринарной лаборатории. Ей известно о том, что К.А.Н. сбила на автодороге корову. Данная корова принадлежит М,С.М. На протяжении последних трех дней перед ДТП данная корова (в числе других) залазила к ней в огород, в вечер ДТП (ДД.ММ.ГГГГ) рыжая корова (в числе других) также была у нее в огороде, она их выгоняла с огорода. Ее огород выходит на автодорогу, когда П,А.А. прогнала коров М,С.М. со своего огорода, они пошли в сторону автодороги, они всегда так ходили. Ранее, до ДТП, коровы ночевали на поляне около ее дома. М.М.С. знали, что их коровы ночуют на поляне около её дома, мать М,С.М. приезжала, искала коров, спрашивала у П,А.А., не у нее ли их коровы. Коров было шесть или семь. После ДТП коровы больше не ночевали на поляне у ее дома.
В судебном заседании свидетель В.А.В. пояснила, что работает ведущим специалистом Большеантибесского территориального управления. На месте ДТП была на второй день, видела, что на обочине дороги лежала мертвая корова белой масти с рыжими пятнами. Подобной масти корова была у М,С.М., но конкретно эта корова или нет, сказать не может. Свидетелю неизвестно поступали ли в администрацию жалобы на М,С.М. в связи с тем, что его коровы находятся в неположенном месте, но его коровы дважды в вечернее время заходили в ее огород. Кроме коров М,С.М. ничьи коровы не ходят в вечернее время по деревне. Каждый второй житель села считает, что корова, сбитая на автодороге, принадлежала М,С.М.
В судебном заседании свидетель Г.Е.В. пояснила, что работает начальником ФИО5 станции по борьбе с болезнями животных. ДД.ММ.ГГГГ к ней обратился К.Д.В,, сообщил, что произошло ДТП, в результате которого погибло животное. Она попросила своего специалиста, обслуживающего Большеантибесскую территорию М.О.Н. проверить эту информацию. Сообщение подтвердилось, животное было не идентифицированным, в соответствии с ветеринарными правилами не идентифицированные биологические отходы относятся к особо опасным. Она уведомила Большеантибесскую администрацию о том, что необходимо утилизировать данный труп, были проведены мероприятия со специалистом ветеринарной службы по утилизации трупа животного. Установить, кому принадлежит корова, они не смогли.
В судебном заседании свидетель В.А.В. пояснила, что работает участковым уполномоченным ОМВД России «Мариинский». В ОМВД от главы администрации Большеантибесского территориального управления поступило сообщение о том, что рядом с проезжей частью автодороги лежит мертвое животное. В.А.В. выехала на место, там находились сотрудники ветеринарной службы, труп животного уже увезли для утилизации. Было установлено, что произошло ДТП с участием животного и автомобиля Кио РИО, которым управляла К.А.Н. У сотрудников ветеринарной службы было взято объяснение, был собран материал, поскольку выгул животного осуществлялся бесхозно материал был передан в Управление ветеринарии Кузбасса, какое было принято решение по материалу, ей неизвестно. В.А.В. беседовала с секретарем Большеантибесского территориального управления А.М.Г., которая пояснила, что сбитая корова, возможно, может принадлежать М,С.М., о принадлежности коровы М,С.М. говорили и жители села. У М,С.М. было отобрано объяснение, он отрицал, что корова принадлежит ему. С очевидцами ДТП В.А.В. не общалась. Применительно к данным положениям закона, исходя из бремени доказывания, истцом, вопреки доводам апелляционной жалобы представлено доказательство, что она при управлении транспортным средством не имела технической возможности избежать столкновения с находившимся на дороге животным.
Поскольку наезд на корову ТС истца стал возможен в силу бесконтрольного передвижения коровы, принадлежащую М,С.М. через дорогу, не предназначенную для прогона и выпаса животных, суд первой инстанции пришел к верному к выводу о том, что ДТП явилось следствием бездействия собственника коровы - ответчика по делу, по контролю за ее передвижением.
Таким образом, совокупность представленных доказательств подтверждает неисполнение М,С.М. обязанности по надлежащему содержанию животных, в частности по соблюдению требований к их выпасу.
Относимых и допустимых доказательств обратному во исполнение положений статьи 56 ГПК РФ стороной ответчика не представлено.
Более того при надлежащим извещении о дате и времени судебного заседания ответчик на судебные заседания не являлся (о чем имеется личная подпись истца в почтовом уведомлении о дате и времени, месте судебного заседания на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ л.д. 51, 72 том 2) М,С.М. самоустранился от участия в рассмотрении дела и представления доказательств, письменных возражений не направил.
Вопреки доводам жалобы свидетели именно жители указанного <данные изъяты> четко поясняли в суде, что сбитая корова принадлежала ответчику М,С.М.
Ссылки представителей ответчика на конфликтные отношения со свидетелями, судебная коллегия не принимает, поскольку данные утверждения ответчика являются бездоказательными и голословными, указанные свидетели являются жителями <данные изъяты> муниципального округа, а свидетель П,А.А., непосредственно проживает по соседству с ответчиком.
Представители ответчика в суде апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы указали на то, что коровы, которые принадлежат М,С.М. маркированы, у них на ухе имеется метка (чип), представили ответ ГБУ «Мариинская станция по борьбе с животными за № от ДД.ММ.ГГГГ с приложенными протоколами испытаний за 2022-2022г.г., который по их мнению доказывает, что сбитая корова не принадлежит ответчику.
Между тем судебная коллегия указанный довод не принимает в связи со следующим.
С М,С.М. в рамках дела об административном правонарушении было взято сотрудником УУП ОУПП отдела МВД России «Мариинский» В.А.В. объяснения по факту ДТП с участием животного, в котором М,С.М. отрицает о принадлежности сбитой коровы в его подсобном хозяйстве, при этом не указывает о том, что его коровы маркированы, у них имеются бирки, также указывает, что у него имелась корова рыжей масти (красно-пестрая) (такой же масти корова была сбита водителем К.А.Н. ДД.ММ.ГГГГ), но она им продана(том 1 л.д. 91).
В суде первой инстанции М,С.М. не участвовал, в апелляционной жалобе также не указывает о факте маркировки коров, содержащихся в его хозяйстве.
Кроме того, в представленных сведениях, содержащихся в ответе ГБУ «Мариинская станция по борьбе с болезнями животных» от ДД.ММ.ГГГГ именно сведений о том, что все коровы М,С.М. имеют маркировку не имеется.
В данном ответе указано о том, что в хозяйстве М,С.М. подвергались противоэпизоотическом обработкам в 2022 году 4 головы крупного рогатого скота с индивидуальными номерами, в 2023 году в принадлежащем М,С.М. хозяйстве подвергались противоэпизоотическом обработкам с индивидуальными номерами 2 головы крупного рогатого скота: корова красно-пестрая с индивидуальным номером 1000244, в октябре 2024 году (после ДТП) в принадлежащем М,С.М. хозяйстве подвергались противоэпизоотическом обработкам 4 головы крупного рогатого скота: две коровы, но уже отсутствует указание на корову красно-пеструю с индивидуальным номером 1000244, похожую по окрасу на сбитую корову в ДТП.
Кроме того в материалах дела имеются справки о наличии скота в подсобном хозяйстве М,С.М., сведения в которых, как основание выписка из похозяйственной книги Большеантибесского территориального управления, в указанной справке имеются следующие сведения: за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в хозяйстве ответчика имелось 6 коров, а в декабре 2024 года только три коровы и 11 гусей (том 1, л.д. 94,96).
Указанные сведения в похозяйственную книгу вносятся непосредственно со слов самого держателя подсобного хозяйства.
Согласно п. 16 "Правил осуществления учета животных и перечня видов животных, подлежащих индивидуальному или групповому маркированию и учету, случаев осуществления индивидуального или группового маркирования и учета животных, а также сроков осуществления учета животных", утвержденных постановлением Правительства РФ от 05.04.2023 г. N 550, вступившими в силу 01.03.2024 г., урегулирован порядок учета, в том числе и крупнорогатого скота (со сроками учета крупнорогатого скота не позднее 01.09.2024), вместе с тем данное ДТП имело место быть ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того указанный учет не являлся обязательным для граждан, имеющих подсобное хозяйство, маркировка крупнорогатого скота носило заявительный характер.
Рассматривая дело в пределах доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда, так как приведенные апеллянтами ссылки о несогласии с принятым решением, не влияют на законность и правомерность обжалуемого судебного акта.
Поскольку о назначении по делу судебных товароведческой, автотехнической экспертизы ответчик не ходатайствовал, размер причиненного истцу ущерба не оспаривал, указанные заключение № от ДД.ММ.ГГГГ и экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ приняты судом в качестве достоверных и допустимых доказательств по делу.
Доводы апеллянта в котором он порочит заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которое положено в основу решения суда является незаконным, поскольку эксперт, вынося данное заключение не предупреждался об уголовной ответственности, в заключение не приведен источник формулы расчета остановочного автомобиля, а также времени реакции водителя, запаздывания срабатывания тормозного привода, нарастания замедления, замедления при экстренном торможении, судебной коллегией не могут быть приняты во внимание поскольку правом заявлять ходатайства о назначении судебной экспертизы в суде первой инстанции ответчик не воспользовался, ходатайств о назначении экспертизы апелляционная жалоба также не содержит.
В свою очередь, ответчик не представил доказательств, опровергающих достоверность представленных истцом доказательств, не ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы для опровержения получения заявленных истцом повреждений при указанных обстоятельствах либо иного размера причиненного ей вреда.
Представители ответчика при рассмотрении апелляционной жалобы не настаивали и не ходатайствовали о назначении по делу судебных экспертиз, денежные средства для оплаты за производство экспертизы на депозитный счет Кемеровского областного суда не внесли.
Апелляционная жалоба не содержит доводов о не согласие ответчика по размеру причиненного имущественного ущерба, а также, понесенных истцом, расходов на свое лечение.
Суд, приходя к выводу о том, что М.С.М. были нарушены Правила содержания и выпаса домашних животных, что повлекло появление безнадзорной коровы в темное время суток на проезжей части автодороги вне существующих мест, предназначенных для перегона скота, что явилось причиной ДТП и в отсутствии вины водителя-собственника ДТП К.А.Н. (постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ), возложил ответственность на ответчика по возмещению компенсации морального вреда истцу, причиненного здоровью в результате ДТП.
В соответствии с п. 2 ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий истца, также учитывает требования разумности и справедливости.
Как разъяснено в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Как усматривается из выписного эпикриза стационарного больного ГБУЗ «Мариинская городская больница им. В.М.Богониса» (том 1 л.д.119) К.А.Н. находилась на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ К.А.Н. прошла консультацию <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ К.А.Н. проведена <данные изъяты> по результатам которой дано заключение.
Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
Жизнь и здоровье человека бесценны и не могут быть возвращены выплатой денег. Гражданский кодекс лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных потерпевшим потерь. Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, производится по общим правилам исполнения деликтных обязательств.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание, что К.А.Н. длительное время находилась на лечении, ей причинен вред здоровью средней тяжести, она испытывает неудобства и в настоящее время, не может продолжать полноценную жизнь, испытала физические и нравственные страдания, отсутствия грубой неосторожности в ее действиях, и определил ко взысканию с ответчика М.М.С. в ее пользу 80 000 рублей.
С учетом установленных обстоятельств, судебная коллегия считает правильным установленный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда в сумме 80 000 рублей, полагая, что указанная сумма соответствует положениям ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также требованиям разумности и справедливости, характеру физических и нравственных страданий истца, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред. Указанная компенсация в наибольшей степени обеспечивает баланс прав и законных интересов потерпевшего от причинения вреда и причинителя вреда, компенсирующим ему, в некоторой степени, причиненные физические и нравственные страдания, и не направлена на личное обогащение истца. Данный размер компенсации морального вреда обеспечивает законные интересы сторон.
Иные доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке обстоятельств, которые судом определены правильно, и доказательств, которые суд положил в основу своих выводов, и не могут быть приняты в качестве оснований к отмене либо изменению решения суда, поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены правильно, в мотивировочной части решения им дана надлежащая оценка, нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом не допущено.
Руководствуясь ч. 1 ст. 327.1, ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Мариинского городского суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу М,С.М. без удовлетворения.
Председательствующий: И.В. Першина
Судьи: И.А. Сучкова
Л.Ю. Чурсина
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.02.2026.